Пословицы даля (из книги “пословицы русского народа”)

Пословицы и поговорки русского народа даль – Пословицы и поговорки

Даль Владимир Иванович

Пословицы русского народа

Оригинальное название: Пословицы русскаго народа

Издательство: Тип. М.О. Вольфа

Место издания: СПб.-М.

Год издания: 1879

В этот сборник вошли кроме пословиц пословичные изречения, поговорки, присловья, скороговорки, прибаутки, загадки, поверья, приметы, суеверья и много речений, условно вошедшие в употребление. «В этом сборнике должны сойтись народная мудрость с народной глупостью, ум с пошлостью, добро со злом, истина с ложью.

Человек должен явиться здесь таким, каков он вообще, на всем земном шаре, и каков он в частности, в нашем народе. Что худо, то бегай, что добро, тому следуй, но не прячь, не скрывай ни добра, ни худа, а покажи, что есть… Сборник пословиц – это свод народной опытной премудрости.

Это стоны и вздохи, плач и рыданье, радость и веселие, горе и утешение в лицах.

Это цвет народного ума, самобытной стати, это житейская народная правда, своего рода судебник, никем не судимый… Что не дошло до народа не касалось житья-бытья его, то не шевелило ни ума, ни сердца его, и того в пословицах нет; что впуталось добром, либо лихом в быт его, то найдете и в пословице».

ДОБРО — МИЛОСТЬ — ЗЛО

Добрым путем бог правит. Добрый (или: Нужный) путь бог правит.

Доброму бог помогает. Доброму бог на помочь.

Богу приятно, а царю угодно.

С добрым жить хорошо. В добре хорошо жить.

С доброхотом всякому в охотку.

Делать добро спеши (или: поспешай).

Торопись на доброе дело, а худое само приспеет.

Доброе дело и в воде не тает (или: не тонет).

Доброе дело крепко (или: споро).

Доброе дело на век (или: на два века: на этот и на тот).

Доброму делу не кайся. Сделав добро, не кайся (не попрекай).

Добрым делом не кори.

Добро худо переможет. Не устоять худу против добра.

Лихо помнится, а добро век не забудется.

Добро и во сне хорошо.

На свете не без добрых людей.

Злой не верит, что есть добрые люди.

Не век жить, а век поминать.

Доброму добрая память.

Ласковое слово не трудно, а споро.

Добрый скорее дело сделает, чем сердитый.

Ласково слово многих прельщает.

Ласково слово — что весенний день.

Его ласка не коляска: не сядешь да не поедешь.

На ласковое слово не кидайся, на грубое не гневайся.

На ласковое слово не сдавайся, на противное не осержайся.

На сердитое слово не осержайся, а на ласковое не надейся.

Гнева не пугайся, на ласку не кидайся.

Горьким быть — расплюют, сладким — проглотнут.

Горького проклянут, а сладкого проглотят.

Сердитого невзлюбили, а милостивого с кругу сбили.

Плохого бога (т. е. идола) и телята лижут.

Не корми калачом, да не бей в спину кирпичом.

Не кори барин слугу хлебом, а слуга барина бегом (т. е. работой).

Не все таской, ино и лаской.

Не все по затылку, ино и по головке.

Не все хлыстом, ино и свистом.

Духом кротости, а не палкой по кости.

Не все линьком, ино и свистком (матросок.).

Не бей мужика дубьем (или: дубиной), бей его рублем (полтиной).

Милостивому человеку и бог подает.

Болезному (или: Несчастному, т. е. наказанному преступнику) милость творить — с господом богом говорить.

Милость и на суде хвалится. Красна милость и в правде.

Милость подпора правосудию.

Он мухи не убьет. Он и во сне комара не убьет.

Наш Авдей никому не здлодей.

Мудрость змеина, незлобивость (или: кротость) голубина.

И у курицы сердце есть.

Такой сякой немазаный (ласка).

Кого дедушка любит, тому и косточки в руки. Всякое даяние благо.

На милость образца нет. Не худо, что просвира с полпуда.

Не подуйте на нас холодным ветром.

Жаль, жаль, а пособить нечем.

Жилы рвутся от тяжести, слезы льются от жалости.

Сердце кровью обливается. Сердце кровью подплывает.

Жаль девки — потеряла (или: погубила) парня.

Не жалей того, кто скачет; жалей того, кто плачет (и наоборот).

Жалеть коня — истомить себя.

Гостей разжалобить — не самому заплакать.

От жали (или: жалости) не плакать стать.

Его плачем не разжалобишь.

Немилостивому мил не будешь.

От лихого не услышишь доброго слова.

Не взяла бы лихота, не возьмет и теснота.

Не теснота губит, лихота.

У каменного попа, да железные просвиры.

Его копейка нищему руку прожжет.

На что на того сердиться, кто нас не боится?

Хорошо того бить, кто плачет, а учить, кто слушается.

Гневайся, да не согрешай.

Гневаться — дело человеческое, а злопомнить — диавольское.

Гнев — человеческое, а злопамятство — диавольское.

Зла за зло не воздавай.

Кривого кривым (худого худым) не исправишь.

Заднего не поминать (или: не помнить). Старого не поминать.

Старого пономаря не перепономаривать стать.

Не поминай лихом.

Не давай воли языку во пиру, во беседе, а сердцу в гневе.

Язык держи, а сердце в кулак сожми.

Кто гнев свой одолевает, крепок бывает.

Господин гневу своему — господин всему.

Не всяк злодей, кто часом лих.

Туча не без грому, хозяин (или: господин) не без гнева.

Где гнев, там и милость.

У часу гнев, у часу милость.

Хотя осердится, да после смирится (т. е. помирится).

Согрелся — осердился, простыл — остудился.

Бог простит, только вперед не каверзи.

Виноватого бог простит, правого царь пожалует.

Бог ему (или: тебе) судья. Господь с тобой.

Суди бог обидчика (грешника), а человек прощает.

Тому тяжело, кто помнит зло. Мста (месть) не мзда.

Откуда вред, туда и нелюбовь.

Всякая щель пищит (т. е. где горе, там и жалоба).

Тебе потехи, да мне худые смехи.

За добро постоим, а на зло настоим.

Не дразни собаку, так не укусит.

Сердитая собака волку корысть.

Бьют волка и в чужом колке.

Распазить да навоз возить (т. е. на тебе).

На сердитых воду возят.

Злой человек не проживет в добре век.

У сердитого губа толще, а брюхо тоще (или: тоньше).

Не на мать: губ не надуешь (т. е. привык на мать дуться).

Доброму и сухарь на здоровье, а злому и мясное не впрок.

Не бей в чужие ворота плетью; не ударили бы в твои дубиной (или: обухом).

Не избывай постылого: приберег бог милого.

Кути и мути, да норови, как бы самому уйти.

Кабы свинье рога — всех бы со свету сжила.

Бодливой корове бог рог не дает.

Бодливая корова комола живет.

Сердит, да бессилен — свинье брат.

Под чужую голову идти — наперед свою нести (или: свою навстречу нести).

О чужой голове биться — свою на кон ставить.

Хорошо кукуешь — да на свою б голову.

Пропади мой злодей, меня не избыв, а избывши меня — хоть три века живи. Пропади мой лихой, не изведши меня, а изведши меня и пр.

Ешь собака собаку, а последнюю черт съест (или: а последняя удавись).

Когда б на крапиву не мороз, то б с нею и ладов не было.

Коли б на хмель не мороз, так он бы через тын перерос.

Худая трава из поля вон.

Бодливую корову с поля долой (или: из стада вон).

Во зле жить — по миру ходить.

Лихо до дна, а там дорога одна.

Желание грешных погибает.

Сердцем ничего не возьмешь (или: не сделаешь).

Сердце делу не в помощь (или: не поможет).

Не сердись, печенку испортишь (или: печенка лопнет).

Не стало (или: Не хватило) легких, так заговорил печенкой.

Сердито — неумно, а хлопотливо — несбойливо.

Сердитый с горшками не ездит (потому что перебьет).

Сердцем притчи (или: притки) не изломишь.

Сердцем и соломинки не переломишь.

Сердись не сердись, а лучше покорись.

Чем сердиться (или: браниться), так лучше помириться.

Сердцем копья у недруга не переломишь.

Сердце не дробит — голова не болит.

Старуха три года на мир сердилась, а мир того и не знал.

Сердилась баба на торг, а торг про то не ведает.

Сердита кобыла на воз, а прет его под гору и в гору.

Скачет баба задом и передом, а дело идет своим чередом.

Сердитого унимать — пуще поднимать.

Сердитому кланяться, а он пуще чванится.

Сердитый умрет — никто его не уймет.

Рассердился — никого не спросился.

Душа не стерпит, так сердце возьмет. Возьмет сердце, как душа не стерпит.

У злой Натальи все люди канальи.

У кого желчь во рту, тому все горько.

Каков ни есть: не перерожать его стать.

Это слабость его. Это его слабая струна (или: сторона).

Он на эту ногу немножко храмлет (или: прихрамывает).

В нем блох много. Ох-ох, много в тебе блох.

Извелся человек — никуда не годен.

Взял с сердцем, так и ешь с перцем.

Приткнуть кому грош (казанск., бедняк, назло богачу, втыкает ему в избу грош, и тот должен разориться).

Лезть на стену. Себя не помнит, на стену лезет.

Горяч молодец уродился.

Сердце яро, место мало, расходиться негде.

За собакой палка не пропадет (т. е. припомнит).

Сердитому палка найдется. Сердитый найдет палку.

От него ни крестом, ни пестом не отделаешься.

От него ни отмолиться, ни отбиться.

Ни отмолиться, ни отплеваться, ни отлаяться, ни отчураться.

От черта крестом, от свиньи пестом, а от лихого человека — ничем.

Дьяволом подложен, бесом опушен.

У него черт в подкладке, сатана в заплатке.

Не надо и беса, коли ты здеся.

В очью назло делает. Пальцем тычет, словом притыкает.

Назло да наперекор, да людям в укор.

Не из корысти собака кусает, из лихости.

Змея кусает не для сытости, а ради лихости.

Он давно на него зубы скалит.

Он давно на меня нож точит.

Беда, как расходился. Так ходенем и ходит.

Кошкой в глаза мечется.

Расходится, так и черт ему не брат.

Наш Козьма все бьет со зла (или: бьет с козла).

Сказали: бешеных всех перевешали; неправду сказали: одного не связали.

Дураки да бешены, знать, не все перевешаны.

Сытый волк смирнее завистливого человека.

Как ворон крови ждет (или: зырит).

Ему на голодный зуб не попадайся.

Смотрит, как волк на теля.

Глядит, ровно семерых проглотил, осьмым поперхнулся.

Не гляди на меня комом, гляди россыпью.

Бирюком (или: волком, медведем) смотрит.

Глядит, как змея из-за пазухи. Ястребом смотрит.

Косится, как середа на пятницу.

В кривом глазу и прямое криво. В кривом зеркале и рот набоку.

Надулся, как индюк (как индейский петух).

Надулся, как мышь на крупу.

Замашка воловья — глядеть исподлобья.

Что остробучился, ровно черт на попа?

С ободранного шкуру дерет. С одного вола две шкуры дерет.

С живого кожу дерет. Дерет с живого и с мертвого.

Ты — чтоб живот поправить, а он кишки вовсе вон теребит (горшок, накинутый на брюхо).

Сжалился волк над ягненком, покинул кости да кожу.

Кобыла с волком тягалась: один хвост да грива осталась.

Пожалел волк кобылу: покинул хвост да гриву.

С тобой водиться — что в крапиву садиться.

С тобой знаться — от людей отстать.

Про твое здоровье и говорить скоромно.

Как на лес взглянет, так и лес вянет.

На что ни взглянет — все вянет.

Где ногой ступит — трава не растет.

Где я лисой пройду, там три года куры не несутся.

Хоть его в сад посади, и сад привянет.

Словно топор: не обрежет, так зашибет.

Пивица (пиявица) вопьется — год не сорвется.

Как душа черна, так и мылом не смоешь.

Хоть сам наг пойду, а недруга без рубахи пущу.

Сам наг пойду, а тебя как бубна пущу.

Хоть рыло в крови, да наша взяла.

Не дал шапки отец, так пусть уши мерзнут.

Запустить кому гусара (т. е. досадить. Буквально: пощекотать сонного в носу).

Подпустить кому кузьку (досадить).

Я тебе покажу кузькину мать. Узнаешь ты кузькину мать.

Подкузьмить кого (т. е. поддеть).

Приставить кому горчишник (т. е. досадить).

Подсыпать кому перцу. Запустить кому шпильку.

Подвести кого под сюркуп (от карточн. игры).

Подвести дела под монастырь (убить короля тузом).

Всучить кому щетинку. Влить кому щей на ложку.

Задать кому закуску. На-ка, раскуси.

Это невестке на отместку.

Отсмеять насмешку (т. е. отомстить).

Я им заварил ушицу (или: кашицу), путь расхлебывают.

Согнуть кого в дугу (или: в три дуги; в три погибели).

Сжить кого со свету. Согнать с бела света.

Подпустить кому петуха. Посадить красного петуха на кровлю (т. е. поджечь).

Читайте также:  Числа в пословицах и поговорках с картинками

Я бы его в ложке утопил. Он тебя и в ложке утопит.

Я тебе это нарежу на бирку. Ты у меня нарезан на бирке.

Не поваляв куска, собака не съест.

Собака и хлеба не съест, не порычав.

Не поворчав, кошка куска не съест.

Кабы ему песий хвост, так сам бы себе бока настегал.

Сердце с перцем, душа с чесноком.

Шипит, как каленое железо, когда плюнешь.

Кому надо собаку ударить, тот и палку сыщет.

Комолая корова — хоть шишкою, да боднет.

Не справясь с коровой, да подойник оземь.

Не смога с кобылой, да по оглоблям.

Сердит, что не тем боком корова почесалась.

Видно, не той ногой (или: невпопад) порог переступил.

Левой ногой с постели ступил.

Такое сердце взяло, что сам бы себе язык перекусил.

Точить на кого зубы. Острить на кого когти.

Мечется, как бешеная (или: угорелая) кошка.

Подержал не долго, а пальцы знать.

Где ни ухватит, там след когтей покинет.

Не с доброго умысла злы коренья копают.

Избывает его, как лихую траву из поля.

Силен враг, и горами качает (прибавка: не токмо человеком).

Он сатане в дядьки годится.

Его сам сатана пестовал.

Хорош: давал за него черт грош, да спятился.

Смотреть не на что, держать немочно.

Лыком сшит, оборничком подпоясан.

Хорош бы ты парень, да ни к черту не годишься.

Ты ему слово, а он тебе десять.

Сколько милости, а вдвое лихости. Много милости, а больше лихости.

Сердце соколье, а смельство воронье.

Летами не стар, да с лихости пропал.

Удобрилась мачеха до пасынка: велела в заговенье щи выхлебать.

Ешьте, дорогие гости: все одно будет (т. е. надо) собакам выкинуть.

Сера, что свинья, а зла, что змея.

Родной ты отец — да только не своим деткам.

Умирает, а ногой дрягает.

Умирает, а зелье хватает. Змея умирает, а зелье хватает.

Калач в руки, а камень в зубы.

Дела, дела, как сажа бела (т. е. так белы).

Улица-то прямая, да хата кривая.

Источник: http://poslovica-pogovorka.ru/poslovicy-i-pogovorki-russkogo-naroda-dal.html

Владимир Даль – 1000 русских пословиц и поговорок

Здесь можно скачать бесплатно “Владимир Даль – 1000 русских пословиц и поговорок” в формате fb2, epub, txt, doc, pdf. Жанр: Языкознание, издательство ЛитагентРИПОЛ15e304c3-8310-102d-9ab1-2309c0a91052, год 2017.

Так же Вы можете читать книгу онлайн без регистрации и SMS на сайте LibFox.Ru (ЛибФокс) или прочесть описание и ознакомиться с отзывами.

На Facebook В Твиттере В Instagram В Одноклассниках Мы Вконтакте

Описание и краткое содержание “1000 русских пословиц и поговорок” читать бесплатно онлайн.

Именно Владимиру Далю принадлежит честь быть наиболее внимательным и верным исследователем устного народного творчества. Собранные им пословицы и поговорки не перестают открывать нам новые грани глубинной мудрости наших предков и поражают тонкой наблюдательностью и остроумием.

Владимир Иванович Даль

1000 русских пословиц и поговорок

© Филиппов А. Н., составление, 2017

© Кириленко Ю. П., предисловие, 2017

© Издание, оформление. ООО Группа Компаний «РИПОЛ классик», 2017

Владимир Иванович Даль известен широкому кругу читателей прежде всего как создатель знаменитого «Толкового словаря живого великорусского языка» – богатейшей сокровищницы русского слова.

Не менее примечательным трудом Даля является его сборник «Пословицы русского народа», включающий более тридцати тысяч пословиц, поговорок и метких слов.

Удивительно происхождение великого ученого, хотя в те далекие времена многие европейцы – немцы, французы, скандинавы – считали за благо перейти на службу русскому царю и новому отечеству.

Писатель, этнограф, лингвист, врач, Владимир Иванович Даль родился 22 ноября (по старому стилю – 10 ноября) 1801 года в Луганске Екатеринославской губернии.

Отец – Иоганн Христиан Даль – датчанин, принявший российское подданство, был врачом, лингвистом и богословом, мать – Мария Христофоровна Даль (урожденная Фрейтаг) – полунемка, полуфранцуженка. Отец Даля стал патриотом всего русского.

Полюбив Россию, он и в своих детях стремился развить любовь к русскому языку, культуре, искусству.

В 1814 году Владимир Даль поступил в Петербургский Морской кадетский корпус. Окончил курс, служил во флоте в Николаеве, затем – в Кронштадте. Выйдя в отставку, поступил на медицинский факультет Дерптского университета, окончил его в 1829 году и стал хирургом-окулистом.

И снова – военная служба. В 1828 году началась двухлетняя русско-турецкая война, и Даля призвали в армию. Он участвовал в переходе русской армии через Балканы, непрерывно оперируя раненых в палаточных госпиталях и непосредственно на полях сражений.

Дарование Даля-хирурга высоко оценивал выдающийся русский хирург Пирогов. В 1831-м, во время похода против поляков, Владимир Иванович отличился при переправе через Вислу. Он впервые применил электрический ток во взрывном деле, заминировав переправу и подорвав ее после отступления русских войск за реку.

За это император Николай I наградил В. И. Даля орденом – Владимирским крестом в петлице.

Собирать слова и выражения русского народного языка Даль начал с 1819 года. Еще в Морском корпусе он занимался литературой, писал стихи.

Проезжая однажды по Новгородской губернии, он записал заинтересовавшее его слово «замолаживать» («иначе пасмурнеть, клониться к ненастью»).

И с тех пор, странствуя по огромным просторам России, Владимир Иванович не расставался со своими записями, пополняя их новыми словами, меткими изречениями, пословицами и поговорками, накопив и обработав к концу жизни двести тысяч слов!

Необходимо особо отметить его знакомство и дружбу с Пушкиным. В этом немалую роль сыграли работа Даля над словарем и собирание им пословиц. Даль и позднее вспоминал о том, с каким энтузиазмом Пушкин говорил о богатствах русских пословиц. По свидетельствам современников, великий поэт, собственно, и укрепил Даля в его намерении собирать словарь живого народного языка.

Александр Сергеевич и Владимир Иванович не раз делили тяготы нелегких путешествий по дорогам России, ездили по местам пугачевских походов.

В трагические январские дни 1837 года Даль, как близкий друг и как врач, принял самое деятельное участие в уходе за смертельно раненным Пушкиным. Именно к Далю были обращены слова умирающего: «Жизнь кончена…» Ему благодарный поэт подарил перстень-талисман. Даль оставил записки о последних часах жизни Александра Сергеевича.

В 1832 году были опубликованы обработанные Далем «Русские сказки. Пяток первый». Однако вскоре книгу запретили, а автора арестовали. Только по просьбе В. А.

Жуковского, в то время воспитателя наследника престола, Даль был освобожден. Но печататься под своим именем он уже не мог и подписывался псевдонимом Казак Луганский.

Именно под этим псевдонимом была издана одна из любимейших сказок нашего детства – «Курочка Ряба».

Произведения Даля пестрят пословицами, поговорками. Иногда вместо развернутой характеристики героя дана его оценка только в пословице: «Ему… не приходилось бы жить так – от утра до вечера, а помянуть нечего; неделя прошла, до нас не дошла». Или: «Не учили, пока поперек лавочки ложился, а во всю вытянулся – не научишь»; «Кто кого сможет, тот того и гложет».

Вышедшие почти в одно время «Пословицы русского народа» (1862) и «Толковый словарь» (1864) обогатили русскую культуру и литературу.

В предисловии к книге пословиц Даль писал: «Источниками же или запасом для сборника послужили: два или три печатных сборника прошлого века, собрания Княжевича, Снегирева, рукописные листки и тетрадки, сообщенные с разных сторон, и – главнейше – живой русский язык, а более – речь народа».

Надо отметить, что и до Даля, еще в XVIII веке, собирались и издавались пословицы и поговорки русского народа. В качестве примеров можно привести «Письмовник» Н. Курганова (1769), «Собрание 4291 древних российских пословиц», приписываемое профессору Московского университета Барсову (1770), сборник «Русские пословицы» И.

Богдановича (1785). Первое значительное исследование о русских пословицах – труд И. М. Снегирева «Русские в своих пословицах» (1831–1834). В середине XIX века главными сводами пословиц и поговорок считались сборники И. М. Снегирева (1848, 1857) и сборник пословиц, извлеченных из книг и рукописей и изданных в 1854 году Ф. И.

Буслаевым.

Однако именно Далю принадлежит честь стать наиболее точным, глубоким и верным исследователем устного народного творчества.

Собранный Далем обширный материал заставил его сгруппировать пословицы в сборнике по рубрикам, разделам. Эти рубрики нередко объединяют противоположные явления жизни, понятия и т. п., например «добро – зло», «радость – горе», «вина – заслуга»; причем всему дается в пословицах оценка, ведь они выражают сокровенные суждения народа.

В пословицах, опубликованных Далем, раскрываются моральные и этические идеалы русского человека, семейные и общественные отношения, бытовой уклад, черты характера.

Глубокая мудрость, тонкая наблюдательность, ясный разум народа определили наиболее выразительные пословицы и поговорки о грамоте, учении, уме, о способностях и толковости людей. Пословицы осуждают болтунов, сварливых и глупых, любителей поскандалить, чванливых, чрезмерно гордых людей.

Многие пословицы говорили о крестьянском мире, о совместном труде, силе сельской общины. «Собором и черта поборешь», – утверждала пословица. «Что мир порядил, то и Бог рассудил», «Мир заревет, так лесы стонут», «Дружно – не грузно, а врозь – хоть брось», «Миром всякое дело решишь»…

В предлагаемую читателю книгу вошла лишь малая часть из обширного собрания пословиц и поговорок Даля. Они о любви, о дружбе, о счастье, о богатстве, о труде и праздности, о жизни и смерти, об одиночестве, об удаче. Обратите внимание, как свежо, современно звучат они!

А сколько в сегодняшнем русском языке устойчивых словосочетаний, о происхождении которых мы уже не задумываемся, но которые имеют вполне определенный источник. Кто не слышал вполне современного выражения: «Дело в шляпе». Оно – из сборника Даля, и пошло от жребия, который клали в шляпу, а затем тянули из нее.

Почти в каждом разделе «Пословиц русского народа» Даля можно столкнуться с противоречивостью материалов. И это естественно – ведь и реальная жизнь полна противоречий. Здесь очень важно различать оттенки, а также меру глубины пословиц и поговорок. Ведь рождались они порой под влиянием эмоций, а не только многолетних наблюдений и опыта.

Прочитаем пословицы, характеризующие положение женщины в семье. Многие из них имеют корни в «Домострое»: «Бабе дорога от печи до порога», «Курица не птица, баба не человек», «У бабы волос долог, ум короток». Но наряду с ними уже звучат иные, нового толка: «Муж – голова, жена – душа», «Женский ум лучше всяких дум», «Худо дело, коли жена не велела».

Встречаются, например, пословицы, критикующие русскую работу и восхваляющие, по сравнению с ней, немецкую или английскую.

Однако таких немного; более тех, в которых и отмечаются достоинства, свойственные другим народам, и высоко оцениваются свои способности. Эту черту народного сознания тонко уловил Н. С.

Лесков, развивший пословицы о мастерстве русского человека в рассказ о Левше, подковавшем английскую блоху.

Именно противоположность, неоднозначность некоторых пословиц создает ощущение спора народа с самим собой обо всех сторонах жизни.

Величайшая заслуга Даля – беспристрастное и правдивое, вплоть до беспощадного, раскрытие материала. Его сборник пословиц дал честную, объективную картину действительности и выразительно охарактеризовал мировоззрение народа.

Рукопись сборника была подвергнута жесткой цензуре. Некоторые отзывы об этой работе фактически обвиняли Даля в антиправительственной пропаганде, в расшатывании основ и устоев светской власти и православия.

Не получил одобрения сборник пословиц и в Академии наук. Политический характер обвинений, предъявленных Далю, превращал его чуть ли не в противника царской власти, которым он никогда не был.

Изданию книги воспротивился сам Николай I, сочтя ее «вредной».

Источник: https://www.libfox.ru/664727-vladimir-dal-1000-russkih-poslovits-i-pogovorok.html

Пословицы русского народа

ПОСЛОВИЦЫ РУССКОГО НАРОДА

Обозначение ударения: 'а, 'ю и т. п.

НАПУТНОЕ

'Будет ли, не будет ли когда напечатан сборник этот, с которым собиратель пестовался век свой, но, расставаясь с ним, как бы с делом конченым, не хочется покинуть его без напутного словечка'.

Вступление это написалось в 1853 году, когда окончена была разборка пословиц; пусть же оно остается и ныне, когда судьба сборника решилась и он напечатан.

По заведенному порядку, следовало бы пуститься в розыск: что такое пословица; откуда она взялась и к чему пригодна; когда и какие издания пословиц у нас выходили; каковы они; какими источниками пользовался нынешний собиратель. Ученые ссылки могли бы подкрасить дело, потому что, кажется, уже Аристотель дал определение пословицы.

Но всего этого здесь найдется разве только весьма понемногу.

Ученые определения ныне мало в ходу, век школярства прошел, хотя мы все еще не можем стряхнуть с себя лохмотьев степенной хламиды его.

Времена, когда объясняли во введении пользу науки или знания, коему книга посвящалась, также миновали; ныне верят тому, что всякий добросовестный труд полезен и что пользе этой россказнями не подспоришь.

Ученые розыски, старина, сравнения с другими славянскими наречиями — все это не по силам собирателю.

Читайте также:  Пословицы и поговорки о еде

Разбор и оценка других изданий должны бы кончиться прямым или косвенным скромным признанием, что наше всех лучше.

Источниками же или запасом для сборника служили: два или три печатных сборника прошлого века, собрания Княжевича, Снегирева, рукописные листки и тетрадки, сообщенные с разных сторон, и — главнейше — живой русский язык, а более речь народа.

Ни в какую старину я не вдавался, древних рукописей не разбирал, а вошедшая в этот сборник старина попадала туда из печатных же сборников.

Одну только старую рукопись я просматривал и взял из нее то, что могло бы и ныне идти за пословицу или поговорку; эта рукопись была подарена мне гр. Дм. Ник. Толстым, мною отдана М. П.

Погодину, а оттуда она целиком напечатана, в виде прибавления, при сборнике пословиц И. М. Снегирева.

При сем случае я должен сказать душевное спасибо всем доброхотным дателям, помощникам и пособникам; называть никого не смею, боясь, по запамятованию, слишком многих пропустить, но не могу не назвать с признательностью гр. Дм. Ник. Толстого, И. П. Сахарова и И. М. Снегирева.

Когда сборник последнего вышел, то мой был уже отчасти подобран: я сличил его издание со сборником Княжевича и попользовался тем, чего не было там и не нашлось у меня и что притом, по крайнему разумению моему, можно и должно было принять.

В собрании Княжевича (1822 г.) всего 5300 (с десятками) пословиц; к ним прибавлено И. М. Снегиревым до 4000; из всего этого числа мною устранено вовсе или не принято в том виде, как они напечатаны, до 3500; вообще же из книг или печати взято мною едва ли более 6000, или около пятой доли моего сборника. Остальные взяты из частных записок и собраны по наслуху, в устной беседе.

При этом сличении и выборе не раз нападали на меня робость и сомнение. Что ни говорите, а в браковке этой произвола не миновать, а упрека в ней и подавно. Нельзя перепечатывать слепо всего того, что, под названием пословиц, было напечатано; искажения, то умничаньем, то от недоразумений, то просто описками и опечатками, не в меру безобразны.

В иных случаях ошибки эти явны, и если такая пословица доставалась мне в подлинном виде своем, то поправка или выбор не затрудняли; но беда та, что я не мог ограничиться этими случаями, а должен был решиться на что-нибудь и относительно тех тысяч пословиц, для исправления коих у меня не было верных данных, а выкинуть их вон — не значило бы исправить.

Не поняв пословицы, как это нередко случается, считаешь ее бессмыслицею, полагаешь, что она придумана кем-либо для шуток или искажена неисправимо, и не решаешься принять ее; ан дело право, только смотри прямо.

После нескольких подобных случаев или открытий поневоле оробеешь, подумаешь: 'Кто дал тебе право выбирать и браковать? Где предел этой разборчивости? Ведь ты набираешь не цветник, а сборник' и начинаешь опять собирать и размещать все сподряд; пусть будет лишнее, пусть рассудят и разберут другие; но тогда вдруг натыкаешься на строчки вроде следующих:

Возьмем два-три примера: 'Бог не поберег вдоль и поперек'; по три коротких меж двух долгих, а размер хорош. 'Рано встала, да мало напряла'; по долгому с коротким на концах, а две средние стопы — долгий с двумя короткими. 'Хоть вдвое, хоть втрое, не споро худое'; по одному долгому меж двух коротких. 'Всякая небылица в три года пригодится'; 'На

— всякого мирянина по семи жидовин'; в этих двух пословицах, в сущности тонических, метрический счет, однако, показывает вот какие особенности: первая начинается долгим, вторая — коротким слогом; в обеих по четыре стопы: один долгий с одним коротким, долгий с двумя, с тремя и с четырьмя короткими. В следующей — замечательная, весьма складная смесь анапеста и дактиля; один только короткий слог, во втором стихе, будто лишний; но он на месте, а пропущен в первом стихе весьма кстати; тут, как будто поневоле изумляясь, сделаешь расстановку:

Сбил, сколотил — вот колесо;

Сел да поехал — ах, хорошо!

Оглянулся назад — одни спицы лежат!

Это сложено удивительно складно: внезапный переход, на третьем стихе, к двум кратким, когда готовишься на долгий слог, как нельзя лучше выражает изумление того, кто оглянулся. Нельзя также не согласиться, что во всех размерах этих не в пример более свободы и раздолья, чем в тяжких, однообразных путах бессмысленного ямба или хорея.

Рифма или простое созвучие не всегда бывают в конце стиха или каждой из двух частей пословицы, как, например: 'Много лихости, мало милости'; 'Не проси у богатого, проси у тороватого'; 'Ни то, ни се кипело, да и то пригорело'; 'Взвыла да пошла из кармана мошна' и пр., а иногда и на других словах, среди стиха, но всегда на таких, кои требуют отлики, ударения, внимания:

'И скатал было и сгладил, да все врозь расползлось'.

'От сумы да от тюрьмы никто не отрекайся'.

'Видал, как мужик мед едал — ин мне не дал'.

Бывает и по нескольку рифм сряду:

'Сам тощ, как хвощ, и живет тоненько, да помаленьку';

'Я за кочан — меня по плечам. Я за вилок — меня за висок';

'Сало было, стало мыло';

'Рушай варено, слушай говорено'; в двух последних что ни слово, то рифма.

'Уйдем всем двором, опричь хором, а дом подопрем колом' — шесть одинаковых рифм.

Есть созвучия целого слова и полные рифмы в два и три слога: 'Ему — про Тараса, а он: полтораста'; 'Не под дождем, подождем'.

Но большая часть пословиц без красного склада и без правильного, однородного размера; лад или мера в них, однако, есть, как во всякой складной, короткой речи, и лад этот дает ей певучесть и силу.

Игра слов, по обоюдности их значений, не совсем в нашем вкусе, но местами попадается: 'Для почину выпить по чину'; 'Спать долго — жить с долгом'; 'Тут прут, а там жгут'; прут — напирают и розга; жгут — палят огнем и витень, плеть. 'Что будет, то будет; а еще и то будет, что и нас не будет'. 'Обедал бы, да не объедал бы'. 'Пригоден лук и к бою и ко щам' и пр.

Ко внешней одежде пословиц надо отнести и личные имена. Они большею частию взяты наудачу, либо для рифмы, созвучия, меры: таковы, например, пословицы, в коих поминаются: Мартын и алтын, Иван и болван, Григорий и горе, Петрак и батрак, Мокей и лакей и пр.

Может быть, некоторые имена и взяты начально с известных в самом тесном кругу лиц, а пословицы сделались общими; нередко также имена эти попадали из сказок, рассказов, где люди известных свойств обычно носят одно и то же имя, за которым и в пословицах оставалось то же самое значение: Иванушка и Емеля дурачки; Фомка и Сергей воры, плуты;

Источник: http://booksonline.com.ua/view.php?book=75972

Даль Владимир Иванович – Пословицы русского народа

“Нужда научит калачи есть”, как притча, истолкована была верно: нужда заставит работать, промышлять. “Голь мудрена, нужда на выдумки торовата”

— она даст ума и, коли не было ржаного хлеба, доведет до того, что будет и пшеничный. Но есть тут и прямой смысл: нужда домашняя заставит идти на заработки.

“Промеж сохи и бороны не ухоронишься; ищи хлеб дома, а подати на стороне”; куда? Первое дело на Волгу, в бурлаки; это и поныне еще статья, а до пароходства это был коренной, и притом разгульный, промысел десяти губерний; на Волге же, миновав Самару, приходишь на калач (булка, пирог, калач, пшеничный хлеб). Верховым бурлакам это в диковину, и они-то, отцы и деды нынешних, сложили эту пословицу.

“Неволя вниз идет, кабала вверх”; тут речь все о той же матушке Волге и о бурлачестве, с которым связана кабала, потому что задатки взяты вперед, усланы домой в оброк, а остатки пропиты. Неволя, то есть нужда, идет вниз, по воде, искать работы; вверх, против воды, идет, или тянет лямкою, кабала.

В прямом смысле: холоп или раб (неволя) ждет лучшего, потому что худшего ему нет, ждет милости и доверия за верную службу свою: это у него впереди; кабальный же все более путается, должает, наедает и набирает для себя новую кабалу, срок за сроком; кабала подымается, все усиливается и в старину нередко также кончалась холопством.

Но из этих немногих примеров видно, что такие объяснения, если бы собирателя и достало на них, потребовали бы нескольких годов времени и еще ста листов печати.

Заметим, однако, при сем случае, что толковать и объяснять пословицы надо крайне осмотрительно, чтобы не обратить этого дела в свою игрушку. Особенно опасно искать ученым взглядом того, чего бы найти хотелось. Применение пословиц к событиям, даже к личностям, по тезоименитству, к древним обычаям, к сомнительному баснословию идолопоклонства и пр.

оказывается, во многих случаях, натяжкою воображения.

Думаю, например, что относить поговорки: “Лиса Патрикеевна”, “Патрикей сам третей” — к литовскому князю Патрикию, а “Едет Ананьин внук из Великих Лук” — к новгородскому посаднику Ананью — ни на чем не основанный произвол; думаю даже, что “Враг силен, валяет и в синем” не касается синей молнии и перуна, а просто намекает на синий кафтан как на признак достатка, богатства; лукавый-де расставляет сети свои на всякого, попадает и синь кафтан. “Обреченная скотина — не животина” также едва ли говорится у нас со времен идольских и не относится до обречения ее на жертву богам, чему в народе нигде не осталось памяти; обреченная скотина та, которая судьбою обречена на смерть, не живучая, не долговечная; это обычное утешение и беззаботности, и упрямства, и беспощадности в беде; захилела скотина — покинь ее на волю божию; коли ей жить, то будет жива, а коли обречена, то она не животина, не живот, не добро, не имущество тебе. Стараясь объяснять темные пословицы и применять их к тому бытку, который на сей раз у нас перед глазами, мы иногда далеко сягаем и мудрим, где ларчик открывается просто, без потайки. К этому надо прибавить, что у великорусов, противно малорусам, бытописательной памяти нет; у них все ограничено насущным и духовным; старина остается в памяти и передается, поколику она касается житейского быта; с этого, для русского, прямой переход к мыслям и беседам о вечности, о боге и небесах, всем прочим он, без стороннего влияния, не займется, разве только по особому поводу.

Итак, признавая пословицу и поговорку за ходячую монету, очевидно, что надо идти по них туда, где они ходят; и этого убеждения я держался в течение десятков лет, записывая все, что удавалось перехватить на лету в устной беседе.

Что собрано было наперед меня, из того же источника, то я старался включить, но маловато рылся в книгах и, вероятно, много опустил. Так, например, я даже не справлялся с небольшим, но весьма добросовестно обработанным сборником Буслаева (Архив Калачева, 1854 г.

), который впервые увидел в Москве в апреле 1860 года, когда уже половина моего сборника была напечатана.

Многие изречения писателей наших, по краткости и меткости своей, стоят пословицы, и здесь нельзя не вспомнить Крылова и Грибоедова; но я включал в сборник свой те только из этих изречений, которые случилось мне слышать в виде пословиц, когда они, принятые в устную речь, пошли ходить отдельно.

И потому в сборнике моем есть книжные пословицы, но я их брал не из книг, разве когда они уже прежде попали в подобные сборники и, для полноты, перешли и в мой.

Есть у меня и переводные — что замечено было в виде упрека, — но я их не переводил, а принял, потому что они говорятся; есть искаженные, переиначенные, но я их не искажал, а слышал или получил в этом виде; есть речения из св.

писания, и они даже большею частию переиначены, но они взяты мною не оттуда и переделаны не мною, а так они говорятся; есть пошлые, суеверные, кощунные, лжемудрые, изуверные, вздорные, но я их не сочинял; моя задача была: собрать в возможной полноте все то, что есть и каково оно есть, как запас, для дальнейшей разработки и для каких кому угодно выводов и заключений.

Скажут: тут много лишнего хламу; правда, но того, что выкинуто, никто не видит, а где мерило на эту браковку и как поручиться, что не выкинешь того, что могло бы остаться? Из просторного убавить можно; набрать из сборника цветник, по своему вкусу, немудрено; а что пропустишь, то воротить труднее. Окоротишь — не воротишь. Притом у меня в виду был язык; один оборот речи, одно слово, с первого взгляда не всякому заметное, иногда заставляли меня сохранить самую вздорную поговорку.

Читайте также:  Пословицы про мудрость

Где только я мог верно добраться до коренного оборота и указать на искажения, там я это делал, хотя в самых кратких заметках.

Вот примеры: “Не до обедни, коли много бредни”; здесь бредни попало по недоразумению, вместо обрядни, слова северного, которое произносится там: обредни, и значит: бабий обиход в доме, стряпня, хозяйство у печи; это видно из дружки этой пословицы: “Либо к обедне ходить, либо обрядню водить”.

Другая: “Нам не гоже, вот тебе боже”; эта, по-видимому, подтверждается другою: “Что дьякону не мило, то попу в кадило”; но первая вышла с юга, она малорусская, не понята у нас и потому искажена: “Нам не гоже, от тоби небоже”, вот тебе небога, небоже; у этого слова много значений: бедняк, убогий, нищий, калека, юродивый, несчастный, о ком соболезнуют, близкий, родич, племяш; эта пословица отвечает нашей: “Удобрилась мачеха до пасынка: велела в заговенье все щи выхлебать”. Пословица: “Не у детей или не при детях, не на детях, и сидни в честь” говорится различно и переиначивается от непонятия: кому бог детей не дал или у кого они мрут младенцами (у кого дети не стоят), тот рад бы и сидню, и безногому, калеке; на безлюдье и сидни в честь: ведь и Илья Муромец был сидень. Не поняв этого и отнеся честь, почет к слову дети, чем пословицу и лишили смысла, поправили дело, обратив сидни в седни, в старца с сединою, и сделав из этого: “Не у детей и седни в чести”, то есть взрослый, разумный человек уважает стариков.

Таким образом, одно слово нередко придает пословице иной смысл, и если вы слышали ее на один лад, а я на другой, то из этого еще не следует, что вы ее слышали правее, а я и того менее, чтобы я сам ее переделал.

Возьмем пример такого рода, где не только мы с вами, но и еще двое собеседников говорят одну и ту же пословицу, каждый на свой лад, и все четверо будут правы: “Старую собаку не волком звать” — за то, что она устарела, не годна более, не считать ее за волка, не обходиться, как с врагом; “Попову собаку не волком звать” — как ни надоел поп жадностию и прижимками своими, да не глядеть же на собаку его, как на волка, она ни в чем не виновата; “Старую собаку не батькой звать”, не отцом — ответ на требование уважать старика не по заслугам; стар пес, да не отцом же его за это почитать; “Попову собаку не батькой звать” — ответ на требование уважения к людям случайным; что ни толкуй об уважении к батьке, к попу, да пес его не батька; в этом виде пословица часто применяется к любимцам барским, из дворни. Таких примеров можно бы привести много: которое из четырех разноречий этих не выбрать, все можно сказать: нет, она не так говорится!

Замечу здесь, что старинные списки и сборники пословиц далеко не всегда могут служить образцами и нисколько не доказывают, чтобы пословица была в ходу от слова до слова, как она написана.

Старички мудровали в этом деле не хуже нашего, желая поправить пословицу, придать ей письменый вид, и, как само собою разумеется, впадали через это в пошлость. Примеров этому очень много. В Погодинск. сборн.

1714 года читаем мы: “Будучи на чужой стороне, надобно голову уклонну, а сердце покорно иметь”.

Не очевидно ли тут умничанье и переделка? Поныне говорится: “Держи голову уклонну (или поклонну), а сердце покорно”; если применить это к чужбине, то можно начать словами: на чужбине, на чужой стороне, не изменяя затем ни слова; здесь же все остальное прибавлено записчиком, особенно слова: будучи, надобно, иметь.

В Архивном сборн.

XVII века: “Гулял млад вниз по Волге, да набрел смерть близ невдолге”, или, как поправлено у Снегирева: “невдалече”; неужели это пословица, поговорка или что-нибудь на то похожее? В Архивном же: “Денег нет, на полати преть”; эта и поныне в ходу и говорится о пьянице, который сидит смирно дома, даже прячется, коли пить не на что; но вместо преть надо читать прет. “Как денег нет, так на полати прет”, то есть лезет и лежит смирно. Там же пословица: “У старого душа не вынута, а у молодого не запечатана” — переиначена не к лучшему: “До смерти, у живых, у старых, душа не вынута, а у молодых не запечатана”.

Источник: https://fanread.ru/book/6994810/?page=4

Читать онлайн “1000 русских пословиц и поговорок” автора Даль Владимир Иванович – RuLit – Страница 2

Именно противоположность, неоднозначность некоторых пословиц создает ощущение спора народа с самим собой обо всех сторонах жизни.

Величайшая заслуга Даля – беспристрастное и правдивое, вплоть до беспощадного, раскрытие материала. Его сборник пословиц дал честную, объективную картину действительности и выразительно охарактеризовал мировоззрение народа.

Рукопись сборника была подвергнута жесткой цензуре. Некоторые отзывы об этой работе фактически обвиняли Даля в антиправительственной пропаганде, в расшатывании основ и устоев светской власти и православия.

Не получил одобрения сборник пословиц и в Академии наук. Политический характер обвинений, предъявленных Далю, превращал его чуть ли не в противника царской власти, которым он никогда не был.

Изданию книги воспротивился сам Николай I, сочтя ее «вредной».

К середине 1850-х годов Даль совершенно потерял надежду издать «Пословицы русского народа». Ясно сознавая, как честный ученый, значение собранного им материала и понимая, что возможная пропажа рукописи будет невозвратимой потерей, Владимир Иванович решил создать несколько рукописных копий. Он подарил эти копии своим друзьям, в частности Александру Николаевичу Аксакову.

Возможность для опубликования труда Даля открылась только при ослаблении цензуры в годы общественного подъема конца 50-х – начала 60-х годов.

Изданные Императорским обществом истории и древностей российских при Московском университете, «Пословицы русского народа» сразу заняли видное место в русской и мировой науке. Это издание было воспринято видными деятелями русской культуры как ценный и значительный вклад в литературу – на сборник пословиц стали смотреть как на сокровищницу народной мудрости и богатств народного языка.

Внимание и интерес к «Пословицам русского народа» были очень велики. Сборник довольно быстро стал библиографической редкостью, и за него приходилось платить большие по тому времени деньги. В 1877 году Л. Н.

Толстой просил московского публициста, критика, философа Н. Н. Страхова достать для него сборник пословиц Даля, но это оказалось делом нелегким.

«Оказывается, что это одна из самых любимых русскими читателями книг», – писал в ответ Страхов.

Выдающиеся русские писатели рекомендовали книгу Даля для публичных библиотек и сами нередко использовали ее в своей творческой деятельности; эта книга указана, например, в описи библиотеки Н. А. Некрасова.

В произведениях классической русской литературы встречается немало пословиц. Несомненно, А. Н. Островский, М. Е. Салтыков-Щедрин и другие писатели черпали пословицы и из самой жизни, и из собрания Даля, как наиболее полного, точного и авторитетного источника.

Очень ценил и любил пословицы Л. Н. Толстой. Их в его произведениях и письмах – великое множество; они органично входят в текст и помогают ясному и образному изложению мысли. Среди заготовок Толстого находят пословиц еще больше; в частности, в рукописях, содержащих характеристику Платона Каратаева, выписаны пословицы из сборника Даля.

Именно из этой книги Л. Н. Толстой выбирал пословицы и поговорки, готовя свой сборник народных пословиц. Выписки для этого так и не осуществившегося сборника содержатся в записной книжке № 12 за 1880 год.

Великий русский писатель-сатирик М. Е.

Салтыков-Щедрин так писал в редакцию «Вестника Европы» в связи с названиями «головотяпы», «моржееды» и другими, введенными им в главу «О корени происхождения» в «Истории одного города»: «Не спорю, может быть, это и вздор, но утверждаю, что ни одно из этих названий не вымышлено мною, и ссылаюсь в этом случае на Даля, Сахарова и других любителей русской народности».

Сборник В. И. Даля «Пословицы русского народа» сохранял современное звучание, переходя из десятилетия в десятилетие. В. И. Даль умер в 1872 году. Переиздания, осуществленные после его смерти, неизменно встречали одобрение и внимательное отношение самой широкой читательской аудитории.

Старинные пословицы и поговорки продолжают жить и сейчас, применяются к современным событиям, характеризуют современных людей, воплощая великий творческий потенциал и вечную мудрость народа.

Юрий КИРИЛЕНКО

Жить – Богу служить. В мале Бог, и в велике Бог.

Бог не в силе, а в правде. Не в силе Бог, а в правде.

Сила Господня в немощи (или:в немощах) совершается.

Что Богу не угодно, то и не сильно (или:не годно).

У Бога милости много. Бог на милость не убог.

У Бога всего много.

Милостив Бог, а я, по его милости, не убог.

Божья вода по божьей земле бежит.

Божья роса божью землю кропит.

Ни отец до детей, как Бог до людей.

Друг обо друге, а Бог обо всех (печется).

Всяк про себя, а Господь про всех.

Не по грехам нашим Господь милостив.

Бог напитал, никто не видал (прибавка:а кто и видел, тот не обидел).

Бог пристанет (или:наставит) и пастыря приставит.

Даст Бог день, даст Бог и пищу.

После стрижки Господь на овец теплом пахнёт.

Бог не как свой брат, скорее поможет

(или:проси, так поможет).

Бог поберег вдоль и поперек.

Бог полюбит, так не погубит.

У Бога для праведных места много.

С Богом пойдешь – до блага дойдешь (к добру путь, или:добрый путь найдешь).

На Бога положишься, не обложишься.

Бог пути кажет.

Человек ходит, Бог водит.

Отстанет Бог, покинут и добрые люди.

Кто к Богу, к тому и Бог.

Кто любит Бога, добра получит много.

Любящих и Бог любит.

Бог не дремлет – все слышит.

Тот не унывает, кто на Бога уповает.

Коли Бог по нас, то никто на нас (или:против нас).

Чего Бог не нашлет, того человек не понесет.

Все в мире творится не нашим умом, а Божьим судом.

Божьи невольники счастливы.

Грозную тучу Бог пронесет.

Человек так, да Бог не так.

Бог свое строит. Ты свое, а Бог свое.

Человек гадает, а Бог совершает.

На человеческую глупость есть Божья премудрость.

Человек с лихостию, а Бог с милостию.

Мы с печалью, а Бог с милостью.

Он его бранит, а Бог его хранит.

Бог не мужик (т. е. не обидит):бабу отымет, а девку даст (о вдовце).

Бог за худое плательщик.

Страшен сон, да милостив Бог.

Кабы Бог послушал худого пастуха, так бы весь скот выдох

(по частой брани его: чтоб ты издохла!).

Бог не даст (или:не выдаст), свинья не съест.

Жив Бог – жива душа моя.

Умная голова, разбирай Божьи дела!

Все от Бога. Всяческая от Творца.

У Бога-света с начала света все доспето.

Божеское не от человека, а человек от Бога.

Больше Бога не будешь.

Божьей воли не переможешь (или:не переволишь).

Не по нашему хотенью, а по Божью изволенью.

Не нашим умом, а Божьим судом.

Божье тепло, божье и холодно.

Бог вымочит, Бог и высушит.

Все мы под Богом ходим.

Под Богом ходишь – Божью волю носишь.

Чего Бог не даст, того никто не возьмет.

Что Богу угодно, то и пригодно.

Бог по силе крест налагает.

Бог лучше знает, что дать, чего не дать.

Бог не даст – нигде не возьмешь.

В делах человеческих сам Бог послух (свидетель).

Бог видит, кто кого обидит (или:кто кого любит).

Бог долго ждет, да больно бьет.

Бог и слышит, да не скоро скажет.

Бог видит, да нам не сказывает.

От людей утаишь, а от Бога не утаишь.

Сколько ни мудри, а воли Божьей не перемудришь (ответ крестьян на нововведения).

Что народ увидит, то и Бог услышит.

Бог виноватого найдет.

Бог накажет, никто не укажет.

Бог не свой брат, не увернешься.

От Бога не уйдешь.

От Божьей власти (или:кары) не уйдешь.

Суда Божьего околицей не объедешь.

Источник: https://www.rulit.me/books/1000-russkih-poslovic-i-pogovorok-read-340977-2.html

Ссылка на основную публикацию